Ветер дорог…

Колыма 2011 или изыскания на тему, какая рыба водиться в среднем течении Колымы.

Группа 2 человека, маршрут порядка 130 км., неспешный сплав по реке Колыма от п. Сеймчан до р. Суксукан, с радиальными выходами и просто отдыхом в тайге в течении 3х недель.

Июнь 2011 года, в Магаданской области запоздалая весна, в середине месяца в столице Колымы +6, природа ещё пробуждается, только показываются листья, по сопкам лежит снег, весенний паводок прошёл не до конца, но ждать мы не можем, мы уже здесь, на этом северном «острове», пара подготовительных дней в Магадане и двинемся вглубь материка, к точке старта сплава по реке, п. Сеймчан.

Последний раз мы были в Магадане в 2008м году и как-то не успели осмотреть этот чудесный город, но уже тогда сложилось определённое впечатление, с тех пор город начал как-будто просыпаться, наконец-то взялись за косметический ремонт, по ощущениям город внешне преображается к лучшему.

Погода в городе прохладная, +6, иногда моросит дождь, холодный ветер идёт с моря, накидываем мембранные куртки «Fusion», специально купленные для этой поездки и вперёд.

В первую очередь едем на осмотр памятника пострадавшим в конц. лагерях системы ГУЛАГ, знаменитую Магаданскую маску скорби.

Здесь, среди названий концентрационных лагерей Колымы мы находим и название будущего запланированного нашего посещения края, манящее и зовущее, Каньон.

Так же успеваем немного прогуляться по городу, съездить в бухту Нагаева, навестить старых друзей, посетить геологический музей.

В геологическом музее есть всё по теме геологов, от камней и метеоритов до останков вымерших животных, но самое замечательное, это смотритель, геолог по образованию, призванию и роду деятельности. Она рассказала нам много интересного и познавательного, в частности очень запомнилось про находки мамонтов, которые были раньше в области не редкостью. По словам находили не только кости, но и шерсть из которой коренные народы делали себе свитера и мясо, которое давали собакам и употребляли сами, замороженное мясо мамонтов, которое пролежало в промёрзшей колымской земле тысячи лет, прекрасно сохранилось и со слов смотрителя даже ей привелось в жизни попробовать мясо мамонта, по вкусу напоминающее старую говядину, одним из экспонатов музея в физ. растворе была как раз часть бедра мамонта с мясом.

Так же интересен был рассказ о способности некоторых минералов замещать живые клетки, создавая такие чудеса, как каменные деревья, окаменевшие животные, бывали даже случаи находок тел людей, чьи клетки были замещены минералами.

Чудесен и прекрасен город Магадан, но время поджимает и мы отправляемся на север, по колымской трассе, проложенной на костях тысяч людей.

Эту трассу в шутку называют самой длинной улицей Ленина, ведь начинается она от здания телевышки в г. Магадан с проспекта Ленина и уходит более чем на 2000 км. до Якутска.

Только первые 150 км. этой трассы имеют асфальтовое покрытие, далее на тысячи километров идёт выровненная грейдером грунтовка.

Порядка 10 часов пути, с остановками в кафе на окраинах заброшенных и полуразрушенных посёлков и вот мы прибываем на Родину, п. Сеймчан, сердце Сеймчанской долины, когда-то процветающий и самообеспечивающий себя посёлок, с развитым сельским хозяйством, животноводством и мелким производством, на сегодняшний день выглядит как после бомбёжки, как будто здесь прошла война, в северо-кавказских регионах, где действительно была война нет таких печальных картин. Но природа здесь по прежнему прекрасна, цветёт и пахнет черёмуха, природа здесь берёт верх, посёлок постепенно зарастает, становясь с каждым годом всё зеленее.

Первый учитель посёлка, великий человек и деятель Магаданской области, приехавший сюда в 19 лет в 31м году и сделавший для становления и развития области очень много, что не под силу каждому человеку, основатель краеведческого музея. Хорошо, что он не увидел того, что мы видим сейчас, ему было бы очень больно.

Нет, регион полностью не заброшен и никогда не будет, он по прежнему нужен, здесь огромные запасы разных руд, но развивать его больше не будут, в этом году в район пришло 3 новые золотодобывающие компании, одна из которых совместная канадско-американская, позволили разрабатывать ранее открытое, но замороженное богатейшее золотоносное месторождение, завозят технику, в частности мы видели маленький французский вертолёт на 5ть мест, американское судно на воздушной подушке на 10ть мест, но всё это не принесёт региону ни копейки, не зацветут тут более сады, не будут развиваться сельское хозяйство, не будут строиться новые детские сады и школы, для региона все эти пришедшие компании не создадут ничего, они будут работать по схемам вахтового метода, завозя людей на вахты с материка, изуродуют реки, завалят мусором близлежащие леса и уйдут.

Но в посёлке мы тоже не задерживаемся и уже на следующее утро накачиваем резиновые лодки в колымском порту с. Колымское и отплываем.

Вода высокая, паводок затянулся, на реке не видно ни одной косы, всё залито водой, деревья стоят в воде, от талого снега с сопок вода до сих пор не прогрелась и ледяная, руки и ноги сводит моментально, те деревья, что стоят в воде только начали распускать листочки.

Скорость течения в реке порядка 10 км. в час, если грести, то доходит до 14-15 км. в час, при такой скорости мы можем пролететь весь намеченный маршрут по реке за одни сутки без остановок,  но мы здесь не за этим и уже через десяток километров, на окраине долины причаливаем к сопке и начинается восхождение на гору Тыэллах-Хая, высотой порядка 700 метров. Наклон резкий, порядка 45%, хотя это только ускоряет подъём, так как укорачивает его, подниматься сложно, под ногами каменная россыпь, которая постоянно осыпается и грозит скатиться вместе с тобой вниз, камни острые, легче идти оказывается по гребню, рядом растёт кедровый стланик, за который удобно хвататься и удерживаться, держится он корнями очень прочно и является надёжной опорой, через пару сотен метров замечаю, что иду по медвежей тропе, хозяин тайги не дурак и тоже поднимался где легче.

Вдалеке виднеются заснеженные вершины Каньона.

Весь подъём занял у меня порядка часа, спуск 40 минут, поднимался без какого-либо спец. оборудования, на ногах обычные высокие льняные кеды ЛМ1, на руках – кожаные перчатки, чтобы избежать травм при падениях на руки. Вид чудесный, на сопке напротив лежит снег, но идти до него нет времени, жаль, что сегодня нужно плыть дальше, к месту стоянки, а то можно было бы задержаться на вершине.

Место нашей ночёвки – устье реки Джегдян, на месте находим палатку для зимней рыбалки, что избавляет нас от необходимости ставить свою, видим следы деятельности старательской артели, по слухам в верховьях реки, в одном из притоков они моют золото, проверочная прогулка вдоль реки подтверждает это, вода мутная, жёлтая, хотя должна быть чистой и прозрачной, здесь нам делать нечего и на следующий день собираемся в дальнейшее плавание, но при сборах неожиданное событие, в кустах был замечен притаившийся зайчонок, он немедленно был взят в оцепление, далее выгнан из кустов на открытое место и пойман, видимо ему не более 10 дней, ещё очень медленный и только неподвижное сидение в густой траве может спасти его от хищников.

Он был один, зайчихи особо не привязаны к своему потомству и малютки рано становятся самостоятельными, мы его немного потискали, сфотографировали и выпустили на свободу, будет какому-то лесному обитателю вкусный обед.

На второй день сплава мы доплыли до Черканского затона, крупного затона на реке, места, очень богатого рыбой. Около затона крутой подмытый берег, от которого постоянно отваливаются куски и падают в реку, эти звуки, напоминающие далёкий выстрел мы слышали на протяжении 3х дней стояния в затоне.

И тут то и началась рыбалка, к слову сказать продовольствия было взято крайне мало и основной расчёт был именно на рыбу и рыба пошла.

С налимом вышла пара забавных случаев, первый пытался заглотить попавшегося нам окуня, но вовремя соскочил и ушёл, а второй был пойман с ершом во рту.

Так же в затоне были выловлены, но не попали на фото Пыжьян(сиг пыжьян) несколько окуней и один ёрш.

На следующий день стоянки в затоне мы поплыли в устье реки Черкан, устье было найти не просто, кругом заросли кустов, стоящих в воде, в одном из таких мест был замечен подранок лебедя, скрывающийся там от хищников, видимо был подстрелен при весеннем перелёте на север, до зимы он в безопасности в этих зарослях.

Реку удалось найти по светлой полосе воды, чётко выделяющейся в мути затона и вскоре мы уже вошли в устье. В устье встретили пару уток каменушек.

По реке немного поднялись вверх по течению, в поисках хариуса, но рыбы не обнаружили, видимо ещё не поднималась, набрели на остатки льда и спустились вниз.

Обзорные прогулки вокруг лагеря показали недавнее пребывание в этом районе лисы и медведя, пока сидели на берегу, мимо проплыла пара гусеобразных вроде породы большой крохаль.

Пока стояли на Черкане вода в Колыме упала более чем на метр.

На третий день было  решено, что рыбы нам хватит, с голоду не помрём и мы поплыли далее, забегая вперёд скажу, что рыбы нам не только хватило, но и много пришлось выбросить, так как погода испортилась и провялить как следует мы её не смогли.

Следующим пунктом нашей остановки была скала Замок, известная своими резкими очертаниями, напоминающими стены замка.

По пути проплывали множество ручьёв, стекающих от ледников по распадкам к Колыме, вода талая, чистая, ледяная.

И вот из-за очередного поворота показалась скала Замок. Первая стоянка в этом районе пришлась прямо под скалой, места было буквально пара метров ровной площадки для палаток, с одной стороны крутой берег и река, с другой уже резкий подъём на скалу, встали около красивого ручья, стекающего по распадку, с другой стороны была торфяная поляна, явно с ледником под слоем мха, так как несмотря на высоту более 4х метров от уровня реки там под мхом проступала влага, вода в ручье была прозрачная, но с желтоватым оттенком, свидетельствующим о присутствии торфа.

После установки лагеря и ужина более ждать не представлялось возможным и мы начали подъём на «Замок», в надежде успеть до заката, подъём начался около 23.30, закат должен был быть в 00.10.

С собой взяли рюкзак Alpine 85, кинули в него спальник, пенку, термос, горную смесь и ещё по мелочи, на случай, если не успеем к закату было решено остаться на вершине до восхода, который должен быть в 03.30, 22 июня, один из самых длинных солнечных дней в году, древний праздник.

Шли по хребту, по звериной тропе, на которой во многих местах был явно отпечатан след медведя, по дороге встретили много потрясающих по красоте цветов. У самого же подножья цвёл в этот период можжевельник.

К закату мы не успели, поднимались медленно, часто останавливались, да и подъём выпал пологий и от того долгий, добрались к часу ночи, собрав по пути тучи гнуса, наверху в сумерках осмотрели скалы и прилегли покемарить на мягком мху, размышляя о том, с какой целью регулярно поднимается сюда медведь, видимо и он не лишён чувства прекрасного.

Рассвет затянулся из-за сопок на горизонте и был ближе к 4м утра. Но он был прекрасен и стоил часов ожидания, окрасил всё в красные тона и за какие-то пол часа стало светло, как днём.

И тут… мы заметили снег ниже по склону, ну и конечно тут же отправились поиграть туда в снежки.

Правда по пути назад усомнились, а стоило ли – камнепады, крутой подъём и прочие прелести из жизни горных козлов.

Да, горные козлы там тоже встречаются, но выследить их крайне сложно и мы такую задачу не ставили.

Стоит упомянуть про одну хитрость, использованную при подъёме и спуске. Обувь у нас была не специализированная – всё те же кеды высокие ЛМ1 и тряпочные тапки городские и если в кедах ещё нормально, то в тапках ноги скользили по склонам, усеянным прошлогодними иголками лиственниц. Так вот был использован старый проверенный метод подъёма – поверх обуви надеты носки, что предотвращало скольжение, сами носки конечно за подъём\спуск были полностью протёрты, но по крайней мере обошлось без травм.

На спуске увидели баржу, которая поднималась вверх по течению, вероятно с какого-то прииска, потому как везла пару контейнеров и 2 грузовика, здесь перекат замковый и сильное течение, около 30 минут баржа как-будто стояла на месте, хотя дизель гудел. На Колыме мы замечали баржи часто, чуть ли не каждый второй день – либо вверх по Колыме, либо вниз, прииски, месторождения угля, часть барж везли с Якутии уголь, часть технику или контейнеры, либо спускались вниз по течению с техникой/контейнерами или  пустые, настоящая северная дорога.

Отоспавшись днём мы собрались и поплыли дальше, но не долго, буквально через пару километров мы заметили новенькое зимовьё прямо на берегу, в устье реки Айрогач и решили здесь остановиться на ночёвку. Вода в реке была прозрачная, однако хариус там замечен не был, видимо ещё не поднимался из Колымы, вечером поймал на удочку 6ть небольших штук, прямо не отходя от домика, с берега, где высадились. Вначале брал исключительно на мормышку и я даже перестал опускать мушку в воду, а позже наблюдал весёлую картину, как молодняк выпрыгивал из воды за мушкой, висящей в воздухе, будто зависшее насекомое.

Рядом с домом в кустах смородины при сборе дров обнаружил куропатку, встрепенулась в паре метров от меня и начала убегать, взлететь не было возможности из-за густой растительности, пожалел что не было камня под рукой, вполне можно было попробовать подбить дичь. Гнезда не видел, искать не стал, может просто кормилась, помёт куропаток в виде сухих шариков сена нам попадался везде на протяжении всего пути.

В домике с нами жил сосед – наглый хомяк, нора у которого была под полом, а вход прямо сбоку входа в дом, весь вечер он ворчал и возмущался нашему присутствию, а ночью устроил рейд по нашим вещам в поисках съестного. Утром, когда он ушёл мы загородили камнем вход в его нору и днём сидя у крыльца я наблюдал картину, как он вернувшись совершал подкоп под камнем, чтобы протиснуться к себе в дом.

Но задержаться не пришлось и мы поплыли дальше, тут же поплатившись за спешку и попав в грозу.

Долго эта гроза гналась за нами, в один момент вымочила нас, не успели мы достать штормовки, сразу как тучи закрыли солнце стало холодно и после мы усиленно налегали на вёсла, держа крейсерскую скорость по течению порядка 14 км/ч, уходя от грозы и стараясь  поскорее выплыть к долгожданному солнцу, чтобы согреться и обсохнуть. Это был наш 4й большой дневной сплав и завершающий, в этот день мы доплыли до конечной точки нашего маршрута на р. Колыма.

Дошли до затона, в который впадает р. Суксукан, поднялись около километра до реки вверх по затону, против небольшого течения, далее немного прошли на лодках вверх по реке, пока не увидели на противоположном берегу хорошее место для базового лагеря, только вот добраться туда на лодках не представлялось возможным – сильное течение, крутой берег и коряги, торчащие из воды, которые на ура пробьют наши лодки. И тут я заметил выше по течению накренённое дерево с одного берега на другой, на высоте порядка 3х-4х метров от воды, взял 25 метровую верёвку и вперёд, седлать дерево.

После не спеша переправили лодки.

Разбили лагерь и завалились спать, а на утро обнаружили свежий след здорового лося, которого вчера ещё не было, вот так вот всё проспали. В этот день нам предстоял интересный поход через болота, по старому зимнику, проложенному более 50ти лет назад лесорубами вверх по течению р. Суксукан, уходя в более высокогорные районы, в поисках хариуса.

Пройти нам пришлось порядка 10 км. по болотам, наполненным дружелюбным гнусом, зимник давно бы уже зарос, если бы не был лёгким путём передвижения для животных, на сегодня он представляет из себя звериную тропу, с глубокой канавой, выбитой копытами лося.

По пути встречаем несколько домиков для соболя, сложенных охотником, зимой сюда всё ещё забрасывают охотников на промысел. Около ловушки обнаружили перья и остатки шкурки беляка.

По старому зимнику в 10 километрах выше устья выходим к реке, тут зимник пересекает реку, однако вода большая, чтобы мы пересекли её в брод, быстро находим отличный мост в виде поваленной лиственницы, начинается дождь.

Далее зимник теряется и мы на протяжении нескольких часов сначала ищем зимовьё, в котором отец ночевал по молодости – лет 30ть назад, старый дом лесорубов, после неудачных поисков ищем продолжение зимника.

Снова неудача, зимник теряется в тайге, кажется тут лосю искать более нечего и зимник зарос, одно радует, гнуса на реке значительно меньше и в основном остался тот, что пришёл с нами с  болот.

Утомившись от поисков, в 11 часу вечера мы устраиваем лёгкий перекус и сушимся, на реке поднимается туман.

Так как зимовьё найдено не было, пришлось возвращаться назад в ночь, хотя сил на обратную дорогу уже не было.

В одной из болотных канав, в которые периодически превращалась тропа, было замечено чудо – хариус сантиметров 20, в болотной канаве не более 10 метров в длину и в ширину сантиметров 30.

Для нас это так и осталось загадкой, до реки несколько сотен метров, то ли в большую воду у болота есть сообщение с рекой, что вряд-ли, то ли икринку сюда чудом занесло на лапе какой птицы. К слову сказать болота образованы вечной мерзлотой, это ледники летом под верхним слоем почвы таят и образуются такие вот болота.

В конце болот всплыло в памяти детское болотное лакомство – корень травы, сочный и сладкий, дёргается поглубже, далее корень чистится, а сердцевина мягкая и сочная съедается, так можно легко получить влагу на болоте и немного подкрепить силы, на вкус немного напоминает сладкую кочерыжку у капусты, судя по всему это был Аир.

При выходе с болот к лагерю обнаружили свежий след крупного медведя, за пару сотен метров до лагеря, встрепенулись и с обновленными силами рванули к лагерю, у нас там вялилась рыба и могла привлечь внимание хозяина тайги, а он скор на расправу с вещами в поисках еды, а у нас там и лодки и вещи, но всё обошлось, в лагерь он не заходил.

На р. Суксукан хариуса в это время мы так и не нашли, погода испортилась, пошли дожди, вода в реке помутнела, то ли рыба ещё не поднималась, то ли ушла совсем далеко в верховья.

Днём мы собрались и сплавились вниз, назад на берега Колымы, где неподалёку стояло старое зимовьё с банькой. Растопили в этот день баньку, наломали берёзовых веников, попарились и вымылись.

Далее нам предстояло ждать в этих окрестностях более недели, пока за нами придёт лодка.

На следующий день стали сомневаться, а придёт ли за нами лодка, правильно ли мы дали описание, где нас забирать, мы говорили, что будем стоять на Суксукане, имея ввиду реку, но км. 10-15 выше по течению Колымы, мы проплывали заброшенный посёлок горняков с одноимённым названием, хотя стоял он вовсе не на реке Суксукан, а на реке Куранах, такие вот казусы и было решено попробовать по затону/протоке, течение в которой было очень слабым попробовать пробраться на лодках вверх.

На следующий день мы приступили к осуществлению плана, снова доплыли до р. Суксукан, преодолели сопротивление его течения и поплыли далее уже по спокойной воде затона, параллельно р. Колыма вверх. Сумели пройти порядка 5-8 км., пока затон не закончился, далее вышли на пересохшую протоку и пошли в сторону Колымы, осматриваться далеко ли до нежилого Суксукана.

По дороге была замечена перевёрнутая лодка, подойдя ближе обнаружили, что она ещё и с мотором, который к тому же стоит на скорости.

По всем признакам лодка тут давно, её замыло камнями, в боку несколько пробоин, в багажнике спереди намыло кучу песка, еле перевернули её, продукты давно протухли, в них черви, так же из находок топор с выцарапанными инициалами А И, молоток, кросовки, резиновые сапоги, бушлат, прогоркшее подсолнечное масло 2008 года производства и безымянная жестяная банка, вскрытие которой несколько дней позднее показало, что банка с томатной пастой, которая была в годном состоянии и съедена путём добавления в суп.

Судя по всему утопленник, человек с инициалами А И, неподалёку в кустах был найден бушлат, от лодки метров 100, вероятно тело съели звери.

Лодка была обследована и возвращена в начальное состояние, с целью вернуться сюда позднее, потому как мотор Yamaha 30 был в хорошем состоянии, завести его не удалось, несмотря на остатки бензина, так как намыло много песка, но внешних повреждение не было, промыть, перебрать и либо на запчасти, либо использовать можно было. За отсутствием инструментов было решено обследовать наше зимовьё с целью поиска ключей, после вернуться сюда и при удачном раскладе окупить поездку. А возвращаться нам сюда предстояло, потому как с реки было видно устье р. Куроннах, где некогда был жилой посёлок, сюда было решено вернуться чуть более чем через неделю, за день до дня выброски. Перетащили лодки до Колымы, ведь по течению вернуться гораздо быстрее чем по спокойной воде затона и сплавились до места нашей стоянки.

В домике инструментов не нашлось, а позже был обнаружен схорон на дереве в тайге на некотором удалении от зимовья.

Однако и там инструментов не нашлось, позже ключи были изготовлены самостоятельно из подручных материалов.

Далее нам предстоял длительный отдых с рыбалкой, 12ти часовым сном и 4х разовым питанием.

На нашу радость в этот период нам удалось выловить все оставшиеся породы рыбы, обитающие в среднем течении реки Колыма.

Фото на фоне зимовья, в центре выпилен символ по форме как знак качества и подписано СССР.

С красными плавниками – это чебак(сибирская плотва), слева Сиг, справа окуня, которые у нас за рыбу вообще не считались.

Позже так же была щука в единственном экземпляре, которая не попала на фото и маленький бычок не более 5ти сантиметров.

И вот наконец последняя рыба, которой нам не доставало для коллекции, пятнистый ленок.

А сколько было каталок, несколько десятков.

Дошло до того, что мы начали их выпускать.

А всё дело в том, что каталка костлявая и не отличается особыми вкусовыми качествами, конечно, на безрыбьи мы бы и её съели, но в данных условиях она нам была не нужна, так же как и окуни.

Вообще по вкусовым качествам, я бы выделил следующую последовательность предпочтений: хариус, нельма, чир, сиг, ленок, чебак, налим, каталка, щуку и окуней не знаю куда отнести, но явно после ленка.

В общем рыбное меню на первое, второе и третье, уха, рыба жареная, рыба вяленая, фольгу с собой не брали, но запечённая рыба так же была, запекли в золе несколько мелких хариусов, обернув их в фольгу из-под шоколадки.

В какой-то день у нас закончилась вся выпечка – хлеб, сухари, сушки и мы стали жарить оладья с муки которую брали для обжарки рыбы, воды и сахара, так же под чай хорошо шла жареная и вяленая рыба.

По утрам и в обед к нам приходили полакомиться вяленой рыбкой бурундуки, которых вокруг было очень много. Хорошие соседи, заблаговременно перед дождём кричат бурю-бурю и точно знаешь, будет ли ночью дождь.

Пытались их поймать, делали верёвочные и ловушки вроде клеток, но шустрый зверёк так и не попался, хотя ловушки и срабатывали, ничего, практика наработана, в следующий раз мы будем умелее ставить ловушки на бурундуков.

В 5ти метрах от зимовья был прудик, в котором жили андатры, выходящие по ночам на рыбалку.

В доме оказались большие запасы литературы, коротали время чтением книг.

И вот пришёл день X, когда нужно было снова подниматься вверх по затону\протоке и ждать на следующий день лодку.

Но этот оставшийся короткий период был очень насыщен на события.

Так плывя по протоке/затону, который к этому периоду снова стал протокой(вода поднялась), мы столкнулись нос к носу с лосем, поедавшем молодые побеги у воды, заплывали мы к нему с подветренной стороны, он нас не чуял, мы же плыли спиной и тоже его не видели и тут вдруг как водопад резко образовался, гул воды, хруст веток, метров за 20ть он нас заметил и рванулся вглубь, круша всё на своём пути, да, мощь и сила.

У нашей старой находки – моторной лодке нас ждало разочарование, мотор был снят, столько времени пролежала, минимум пару месяцев, а как мы нашли, так и кто-то тоже обнаружил, видимо баржа проходила мимо и капитан с мостика заметил в бинокль, по следам снимали 2е среднего роста.

Разбили лагерь, вывесили рыбу вялиться и стали ждать.

Днём было солнечно, а соответственно жарко и возникло желание искупаться, это было первое и единственное купание в Колыме в сезоне.

Вода всё ещё ледяная и за минуту начало сводить ноги, обратно выскочил как ошпаренный, однако нужный эффект был получен, стало весьма комфортно.

Перед глазами стояла прекрасная сопка с романтичным названием «Якуты пьют чай».

В разных ракурсах сопка представляет различный вид, но наверху видны силуэты фигур(якутов), слева силуэт юрты, а с других ракурсов ниже так же силуэт оленьей упряжки(нарт).

Лагерь наш был расположен около гигантского дровяного завала, которые нанесло на каменную косу за долгое время.

Вечером в этом завале я мельком увидел леминга и сел его караулить и тут услышал как ломаются кусты, крупный зверь пробирался по тайге, я медленно поднялся и пошёл тихо в ту сторону и тут раздался крик: «Медведь!», я рванулся в сторону шума, потому как скрываться было поздно, зверь учуял наш костёр, в итоге только задница мелькнула в кустах, зверь прошёл порядка 150 метров от нашего лагеря.

На самом деле азарт натуралиста так захватил меня, что я в кедах побежал в брод через мелкую протоку, но с фото всё-таки не успел.

Позже, снова выслеживая леминга вдруг услышал волнение гнездящихся неподалёку белых трясогузок и поспешил туда.

На месте оказалось, что их гнездо выследил горностай и они с ним сражались.

Хитрый зверёк, он выходил на меня на расстояние 2 метров, я не шевелился, чтобы он меня не заметил, но всё-таки почуял неладное, когда я подготовил фотоаппарат он уже не появлялся, а когда я начал обходить корчь, в котором было гнездо, горностай смылся со скоростью ветра. Гнездо он всё-таки разорил и смелые птички на следующее утро носились в округе, мастеря себе где-то новое гнездо.

Сопка «Якуты пьют чай» по нашим наблюдениям обладает каким-то магнетизмом для туч, всё тёмное и синее проходит через неё.

А леминга всё-же выследил в том же завале на следующий день.

Утром, готовя зелёные ветки для дымового сигнала обнаружили гнездо куропатки, яйца трогать не стали, но птица вряд-ли вернётся, мы стоим уже сутки, гнездо всего в 10ти метрах от нас, а птицы мы за это время не видели.

Рядом противно кричит кедровка.

А над рекой кружит серебристая чайка.

Мы сидим на вершине завала и смотрим вдаль, ждём лодку.

И вот она появляется, несётся по протоке, мы же стоим на русле, сигнал ракетницы и нас заметили, далее всё в обратном порядке но уже в более короткое время и без прекрас.

Вот мы уже в посёлке Сеймчан, снова трасса, Магадан и тут новость, горбуша на нерест пошла, а у нас ещё пара свободных дней, хорошая новость, в жизни не ловили красную рыбу, на следующее утро берём снасти и на автобус до п. Ола, с одноимённой рекой, порядка 25 км.

На реке покупаем  лицензию на ловлю, перед началом устраиваем перекус, наблюдая как рыбачит тюлень.

Ну вот и нам улыбнулась удача.

Пять горбуш общим весом 7.5 кг у нас в ведре. Не сразу поняли всей специфики данной ловли, рыба здесь не клюёт, её  просто цепляешь за бока тройником блесны, поэтому нужно чаще и резче подсекать.

Сбоку сидит беспристрастный наблюдатель – не до конца оперившийся птенец белой трясогузки и кажется совсем ничего не боится, вот я всё ближе и ближе забрасываю блесну, вот до него уже один метр.

Да он ещё не закончил своё оперение, вон пушок торчит, но попытки его поймать кончаются провалом, маховые перья уже есть и пусть недалеко, по 3 метра, но перелёты он совершать может, а бегать так за ним можно долго, а время поджимает, пара часов до автобуса, а азарт не даёт остановиться в ловле рыбы, в результате азарта расчёт и рассудительность уступают, в итоге оторванная блесна, в двух местах сломанный спиннинг и в одном месте удочка, да, мы похожи на полных дилетантов, но довольных и счастливых, нам понравилось.

В заключительный день прибывания в северном крае гуляем по городу, посещаем бухту Гертнера.

Колыма – золотой край, но золото здесь не в земле, золото – это природа и мы сюда обязательно ещё вернёмся.